Президент России Владимир Путин фактически открыто связал европейский курс Армении с украинским прецедентом. Причем прозвучало это без угроз и без эмоциональной риторики. Но именно в этой холодной политической интонации и содержался главный сигнал, указывает русскоязычный армянский ресурс «Общественный Трибунал».
Пожалуй, две цитаты оказались ключевыми. Первая:
«Было бы вполне логично провести референдум и спросить у граждан Армении, каков будет их выбор. В соответствии с этим и мы сделали бы соответствующие выводы и пошли бы по пути мягкого такого интеллигентного и взаимовыгодного развода».
И вторая — куда более важная и тревожная:
«Ведь мы сейчас переживаем всё, что происходит на украинском направлении. А с чего началось? С попытки вступления Украины в ЕС… Всё это привело потом к госперевороту, к крымской истории, к позиции юго-востока Украины и к боевым действиям».
Фактически Путин впервые прямым текстом обозначил, что Москва рассматривает нынешний внешнеполитический курс Никола Пашиняна как движение в сторону украинизации Армении — со всеми вытекающими последствиями.
Причем важно понять одну принципиальную деталь. Речь идет не о формальном вступлении в Евросоюз. Все прекрасно понимают: ни Брюссель не собирается принимать Армению в ЕС, ни сама Армения не готова к подобному шагу экономически, институционально и политически. Речь идет о последовательном втягивании страны в антироссийский геополитический курс.
Именно на это Путин и указал. Причем сделал это не в форме ультиматума, а в форме предупреждения: определяйтесь заранее, просчитывайте последствия, не доводите ситуацию до точки невозврата. Но проблема в том, что нынешняя армянская власть, похоже, живет в логике политического пиара, а не стратегического расчета.
Сначала обществу рассказывали сказки о том, что можно одновременно оставаться в ЕАЭС, получать российские экономические преференции, пользоваться российским рынком, российской энергетикой, российскими миграционными возможностями — и параллельно двигаться в сторону европейской интеграции без каких-либо последствий.
Теперь становится очевидно: Москва начинает прямо говорить о том, что подобное положение вещей долго существовать не сможет.
Путин, между тем, назвал конкретные цифры. Товарооборот Армении с Россией — около 7 миллиардов долларов. Для экономики с ВВП примерно в 29 миллиардов это колоссальная величина. Российский рынок кормит целые отрасли армянской экономики. Сотни тысяч граждан Армении зависят от миграционной политики России, денежных переводов, торговли и экономических механизмов ЕАЭС.
Президент России фактически предупредил: Россия готова принять любой выбор Армении, однако после этого последуют «соответствующие выводы». И это уже сигнал о возможном пересмотре всей системы отношений — торговых, экономических, миграционных, энергетических и военно-политических.
Вот здесь начинается самое опасное. Потому что Украина, с которой сегодня проводят параллели, обладала совершенно иными ресурсами. Огромная территория. Многомиллионное население. Колоссальный промышленный потенциал. Выход к морю. Военная инфраструктура советского масштаба. И, главное, беспрецедентная финансовая, военная и политическая поддержка Запада.
Даже при всем этом Украина оказалась в состоянии тяжелейшей войны и колоссального разрушения экономики. Армения же не обладает ни украинскими ресурсами, ни украинским демографическим потенциалом, ни украинской экономикой, ни украинской глубиной обороны, ни тем более сопоставимым уровнем внешней поддержки.
Более того, Армения находится в гораздо более уязвимом географическом положении и имеет несопоставимо меньший запас прочности. Именно поэтому любые геополитические эксперименты для Армении потенциально опаснее в разы.
В Ереване между тем уже несколько лет проводится вполне сознательная политика введения общества в заблуждение. Провластные «эксперты», грантовые пропагандисты, обслуживающие власть страницы социальных сетей и сама команда Пашиняна с утра до вечера рассказывают населению сказки о «европейском выборе», сопровождая всё это истеричной русофобской кампанией. Обществу внушают мысль, будто достаточно отвернуться от России — и Армения автоматически окажется в мире безопасности, инвестиций, высоких стандартов жизни и политического комфорта.
При этом населению упорно не объясняют элементарных вещей: кто компенсирует возможные экономические потери, кто заменит российский рынок, кто обеспечит энергетическую стабильность, кто откроет свои границы для армянских трудовых мигрантов, кто возьмет на себя реальные гарантии безопасности в регионе.
Вместо серьезного разговора с обществом власть занимается политической демагогией и эмоциональной антироссийской мобилизацией, пытаясь подменить здравый смысл идеологическими лозунгами.
Путин, по сути, публично озвучил простую мысль: Москва не собирается устраивать истерик по поводу европейских устремлений Армении, но и делать вид, будто ничего не происходит, Россия тоже больше не намерена.
Особенно показательна формулировка о «мягком и взаимовыгодном разводе». В дипломатическом языке это означает очень конкретную вещь: если Армения окончательно выберет иной геополитический вектор, Россия начнет постепенно пересматривать всю систему нынешних отношений — экономических, торговых, миграционных и, возможно, военно-политических.
И вопрос здесь уже не в том, хочет ли Никол Пашинян понравиться Брюсселю или Парижу. Вопрос в другом: понимает ли армянское общество цену подобных экспериментов?
Потому что украинизация — это не красивые флаги, гранты и бесконечные разговоры о «европейском будущем». Украинизация — это прежде всего превращение страны в линию геополитического столкновения и вытекающие из этого разрушительные последствия. И если Украина имела ресурсы пережить подобный удар, то у Армении такого запаса прочности попросту нет.